Чёрная вдова, муж тридцати жён и лжесвятая: известные киевские мошенники прошлого

19:55  |  19.03.2021
Мария Тарновская

"Чёрная вдова" и аферистка Мария Тарновская

Их дерзкие афёры потрясали и возмущали весь Киев, а некоторые жители столицы были тайными поклонниками Остапов Бендеров местного разлива. «Мой Киев» — об известных мошенниках, орудовавших в нашем городе в прошлые века.

Конкурент Казановы

Киевлянки XIX века

Киев привлёк брачного мошенника Праиса богатыми вдовами и вольными нравами

«Русское слово» от 6 июня 1908 года пишет о некоем Праисе, брачном аферисте. Этот обаятельный джентльмен удачи соблазнил 24 (по другим источникам — около 30) дам, в числе которых были киевлянки, и женился на ним по поддельным документам. Его жертвами были в основном богатые вдовы, которых Праис затем обирал.

Любовные афёры продолжались около девяти лет, затем подражателя Казановы арестовали в Минске. Он провёл пять лет на каторге, после чего Праису, настоящее имя и фамилия которого до широкой публики не дошли, запретили жить в европейской части Российской империи.

Если верить выпуску «Биржевых ведомостей» от 19 мая того же 1908-го, в разоблачении проделок брачного афериста вполне могли поучаствовать молодые сыщики из числа киевских студентов. Издание опубликовало новость о том, что местное сыскное отделение активно приобщало таких добровольцев к расследованию преступлений.

Читайте также: Бандитский Киев: кто управлял столицей в 90-х.

Королева бриллиантов

Мария Тарновская 1

Мария Тарновская перед судом в Венеции

Такое прозвище современники дали проживавшей в Киеве Марии О’Рурк (по мужу Тарновской), которая прославилась как «чёрная вдова». Девушка происходила из древнего графского ирландского рода (его же потомком, кстати, является актёр Микки Рурк).

Но с юности поведение графини было далеко не безукоризненным. Ещё в старших классах Полтавского института благородных девиц соседки по дортуару дразнили Марию «полудевственницей» (демивьержкой) за склонность к разврату. Её брак с Василием Тарновским был тайным, поскольку ни родители жениха, ни родители невесты его не благословили.

Вступление в скандальный брак стало началом кровавых любовных афёр Марии по прозвищу Манюня. Она провоцировала дуэли мужа с многочисленными любовниками, надеясь вскоре овдоветь. Судьба последних тоже была не весьма радостной.

Впав в любовную зависимость от Манюни, 32-летний барон Владимир Шталь застраховал свою жизнь на 50 тысяч рублей, а затем покончил с собой возле киевского анатомического театра. Все полученные по страховке деньги по расписке отошли его любовнице. Затем Тарновская подбила собственного адвоката Доната Прилукова, занимающегося её разводом, украсть деньги клиента и увезти её отдыхать в Алжир.

После того как у Прилукова закончились ворованные на красивую жизнь средства, любовная мошенница бросила его безо всякого сожаления. Её следующей мишенью стал отдыхающий на том же курорте граф Павел Комаровский. С ним Мария поступила по сценарию, который сработал со Шталем: добилась того, чтобы Комаровский застраховал свою жизнь на круглую сумму в её пользу. А затем убрала ненужного более графа, правда, на этот раз не его же собственными руками, а с помощью влюблённого в неё друга Комаровского, Николая Наумова.

Мария Тарновская попыталась обналичить по страховке умершего в больнице Комаровского деньги, и её всё-таки арестовали. Киевская мошенница-аристократка, чье имя уже было на слуху у половины Европы, была осуждена на восемь лет тюремного заключения. После освобождения Манюня из Киева прожила вполне счастливую жизнь в Аргентине, очаровав местного миллионера.

Читайте также: История проституции в Киеве: прототипы купринских борделей на Голосеевке.

Хлестаковы по-киевски

Отель Метрополь

Отель «Метрополь» (известен также как «Франсуа»)

Один из выпусков газеты «Кіевлянинъ» за 1893 год рассказывает о забавном случае в гостинице «Метрополь» (находилась на месте современного бизнес-центра «Леонардо», на перекрёстке улиц Владимирской и Богдана Хмельницкого). Некий господин Адуцкевич решил, почти как гоголевский Хлестаков из «Ревизора», притвориться присяжным поверенным и получить роскошный обед задаром, не расплатившись за него. Но «Метрополь» стал чуть ли не первым местом, где это у него не вышло.

Как вспоминают очевидцы, подобных мошенников-дармоедов в Киеве было пруд пруди. Рестораторы предпочитали умалчивать о подобных инцидентах, ведь они стоили им репутации. И это молчание играло на руку коллегам Адуцкевича. В то же время, киевские журналисты охотились на истории о ресторанных жуликах и часто баловали читателей новыми скандалами. Строго дармоедов не наказывали: обычно просто сажали в холодную на несколько суток.

Ряженая «святая»

Матрёна Босоножка

Матрёна Мыльникова (Босоножка), которую копировала мошенница Морозкина

В XIX веке Киев называли городом церквей, и случаи религиозного мошенничества здесь тоже были нередки. Мошенница Мотрона Морозкина именовала себя духовным чадом известного петербургского подвижника православия Иоанна Кронштадтского.

Блуждая по разным городам империи, она была одним из самых активных организаторов паломничеств в многочисленные киевские монастыри. Морозкина умело вживалась в образ блаженной: ходила босиком (подражая известной старице и тёзке из Санкт-Петербурга Матроне Босоножке), напоказ читала молитвы, торговала иконками и свечками. И, разумеется, собирала пожертвования доверчивых прихожан.

В 1907-м неожиданно раскрылась настоящая цель ряженой «святой». Вчерашняя нищенка вдруг удачно выходит замуж с немалым приданым, в которое превратились отданные ей на храмы и паломничества деньги…

Читайте также: Разрушенные храмы Киева: 24 церкви, сохранившиеся только на фотографиях.

Псевдобратья Кобзаря

Тарас Шевченко возле Киевского университета

На имени Тараса Шевченко нажился не один столичный мошенник позапрошлого века

После смерти Тараса Шевченко в 1861-м его именем активно пользовались киевские аферисты. Стихи опального поэта становились всё более популярными в революционно настроенных кругах. Мошенники играли на симпатии народа к творчеству Кобзаря, выманивали у киевлян деньги якобы на публикацию и распространение произведений. Они представлялись членами семьи покойного.

Журналисты «Кіевлянина» не раз высмеивали в своих статьях таких «братьев», многие из которых даже плохо говорили по-украински. Несмотря на это, киевляне почему-то верили аферистам и открывали свои кошельки.

Рыночные пройдохи

Михаил Сажин "Торг на Подоле"

Михаил Сажин «Торг на Подоле», 1840-й

Самые отпетые мошенники-торговцы до революции промышляли на Подоле, где успешно продавали медные подделки под видом золотого антиквариата. Автор книги «Беды, болячки и пороки старого Киев» Анатолий Макаров описывает случай, когда «дуэт» пройдох сумел надуть пятнадцать покупателей подряд, но только не шестнадцатого, оказавшегося детективом под прикрытием.

Вовсю дурили своих клиентов и торговцы киевских продуктовых рынков: Житнего, Троицкого, Лукьяновского, Владимирского, Еврейского. В газете «Кіевлянинъ» в 1889-м публиковалось разоблачение киевских мясников, надувающих мясо через трубочку. Благодаря таким манипуляциям продукт выглядел упругим, блестящим и более свежим, но становился опасным для здоровья покупателей, потому что портился намного быстрее.

Еврейский базар (он же Галицкий рынок, находившийся в районе современного столичного цирка) славился мошенниками-часовщиками. Проданные ими часы отлично работали в момент продажи, но через время останавливались, и починить механизм в дальнейшем было нереально. Как умельцам с Еврейского рынка удавалось получить такой эффект — до сих пор загадка для непосвящённых.

Виктория Паздрий

Нагадуємо, що новини без цензури публікуємо в Телеграм telegram ico, підпишись зараз, щоб не пропустити важливе!

Если вы нашли опечатку на сайте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Оставьте комментарий

*

  1. […] Читайте также: Чёрная вдова, муж тридцати жён и лжесвятая: известные к… […]

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: